Гару: «Каждый из нас в душе немножко Квазимодо»

Автор olga Sunday, 04 November 2018 3:57 PM

Гару: «Каждый из нас в душе немножко Квазимодо»

Добавить комментарий

Каждый из нас в душе немножко Квазимодо

Самого прекрасного Квазимодо из мюзикла «Нотр-Дам де Пари» знают все, даже несмотря на то, что за гримом разглядеть красавца Гару получается не сразу. Его голос не перепутаешь ни с каким другим, а он сам, пожалуй, один из самых ярких, обаятельных и харизматичных певцов франкоязычного мира последних двух десятилетий. В конце 90-х Гару буквально ворвался в мир музыки, сломав все каноны. Хрипловатый, сексапильный голос, образ мачо и романтика заставили учащенно биться дамские сердца всех возрастов. В далеком уже 1998 году он оказался в нужном месте в нужный момент и однажды, сам того не понимая, проснулся знаменитым на весь мир. Встреча начинающего музыканта с Люком Пламондоном – автором мюзикла «Нотр-Дам де Пари», известным поэтом и продюсером – в одном из баров Монреаля определила дальнейшую судьбу молодого парня с гитарой. На кастинге «Нотр-Дам де Пари» композитор Риккардо Коччанте и Люк Пламондон утвердили его на роль Квазимодо. Именно эта роль принесла ему всемирную известность. А дальше господин случай и, конечно, талант и обаяние молодого музыканта свели его с Селин Дион и Рене Анжелилем, предложившем Гару сотрудничество, которое продлилось несколько лет. За свою карьеру музыкант выпустил немало альбомов, песни из которых стали мировыми хитами.

Со знаменитым музыкантом мы встретились в Дубае, где он выступил с концертом 26 октября 2018 года. Концерт, организованный компанией M Premiere, состоялся на открытой площадке на берегу Персидского залива с захватывающим видом на один из символов Дубая – Burj Al Arab.

Надо признать, что выступление Гару привело дубайских слушателей в какое-то поистине волшебное исступление, заставив вскочить со своих мест и полностью отдаться ритму мелодий, приправленных фирменной тембральной хрипотцой артиста. Гару исполнил хиты мэтра Шарля Азнавура, Je t'aime Лары Фабиан и Les Champs-Elysees Джо Дассена, парочку романтических баллад собственного приготовления, под которые, как по команде, млели, подпевали и вздыхали дамы всех возрастов. 

– Наверное, о мюзикле «Нотр-Дам де Пари» вас спрашивают в каждом интервью. И все-таки хочется еще раз перенестись в ту сказку, в которой вы однажды проснулись знаменитым на весь мир.

– Согласен, сказочная история получилась! Я с детства любил петь и пел для своей семьи, друзей. Как-то мы с приятелями сидели вокруг костра, я взял гитару и в очередной раз что-то исполнил. «Ты бы мог сделать неплохую карьеру на своем увлечении!» – сказали они мне тогда. Это меня изрядно повеселило. Но однажды его величество случай ворвался в мою жизнь и круто изменил ее. Если бы этого вечера в моей судьбе не было, возможно, вы бы никогда не узнали обо мне. Дело было так: один друг вытолкнул меня на сцену в баре, чтобы я заменил штатного певца, который по каким-то причинам опаздывал. Одна песня, вторая, третья… Так я спел шесть. Хозяин заведения подошел ко мне со словами: «Продолжайте петь – у вас это здорово получается».

Тогда за 48 часов я купил звуковую систему, научился ею пользоваться и разработал свое первое шоу. Выступал в баре шесть лет до судьбоносной встречи с Люком Пламондоном и Риккардо Коччанте, которые пригласили меня в мюзикл. Сама по себе поездка в Париж, за океан вызывала у меня огромный интерес, не более. Я и не предполагал, что это принесет успех и известность. Все это было для меня даже не подарком, потому что я никогда не просил Санта-Клауса об этом (смеется), скорее – благословением! Мюзикл попал в Книгу рекордов Гиннесса как имеющий самый большой успех в первый год работы. В оригинальной версии «Нотр-Дам де Пари» гастролировал по Бельгии, Франции, Канаде и Швейцарии. На сегодняшний день мюзикл на 8 языках посмотрели более 12 миллионов зрителей.

– И все-таки странно, что вы стали знаменитым благодаря персонажу, который внешне на вас совсем не похож...

– Я думаю, каждый из нас в душе немножко Квазимодо. Есть определенные состояния, позиции, на которые мы реагируем в момент унижения, обиды. И нужно как-то защищаться от этого, любыми способами. Конечно, в первое время я часто думал, что не справлюсь с таким персонажем. Ведь примера никакого не было для меня. Пришлось искать Квазимодо внутри себя. Это помогало создавать образ.

– Вы поете на двух языках – французском и английском. Для вас есть какая-то разница между ними?

– Нравятся оба языка, и мне нужно петь на французском и на английском для баланса. Для себя я давно определил, что петь по-французски – это петь слова, а петь по-английски – это петь фразами. Я воспитывался на англоязычном роке, начинал с него. Только потом многие песни были переведены на французский. А поскольку мне нравятся различные стили в музыке, я постоянно экспериментирую, совмещаю и смешиваю в творчестве английский и французский языки. Хочу сохранить и то, и другое.

– В этом году французский мир потерял Шарля Азнавура и Джонни...

– Эти два исполнителя оставили нам огромное творческое наследие и бессмертные песни. Мне повезло: я пел с Азнавуром несколько раз, и, конечно, это принесло неописуемое удовольствие и вдохновение. Я много раз пел с Джонни – это было невероятно! Но все-таки я бы не хотел грустить по поводу их ухода, потому что каждый прожил прекрасную и долгую жизнь. Можно только вспомнить этих великих артистов с огромной благодарностью, с радостью, аплодировать им, но не сожалеть. Азнавуру было 94 года, а он все еще продолжал петь. Совершенно ясно, что в этом была сущность его жизни. Джонни жил жизнью в 12 раз быстрее, чем большинство людей. Ему было 74 года – вот, умножьте это число на 12.

– А что для вас источник вдохновения?

– Мое вдохновение – это люди! Их улыбки, добрые слова и взгляды. Эти эмоции для меня очень важны. Скажу вам даже больше: я не ищу отчаянно вдохновения – я хочу вдохновлять людей! А песни – лучшее средство для общения с миром, ведь именно с помощью музыки я могу делиться с людьми своими эмоциями и чувствами.

– Что чувствуете перед своим выступлением в Дубае?

– Я хочу подарить людям прекрасный вечер, чтобы они здорово повеселились, потанцевали, попели. Для меня очень важно, чтобы зрители почувствовали связь друг с другом, со мной, с самими собой.

– В начале нашей беседы вы сказали, что никогда не просили у Санта-Клауса попасть в мюзикл. А что бы вы у него попросили, если бы появилась такая возможность?
(Смеется) Может быть, начать свой путь сначала? Чтобы снова испытать все те эмоции и ощущения, которые мне подарила жизнь. Чтобы почувствовать все то волшебство, которое окружало меня с самого детства! Да, я бы сказал: «Санта-Клаус, верни мое детство!»